В конце мая в США были опубликованы данные, что в 40% семей с несовершеннолетними детьми основными или единственными добытчиками являются женщины. В 1960 году таких было лишь 11%. Статистика вызвала заметный резонанс. Кто-то заговорил о прогрессе и укреплении экономического статуса женщин, другие сетуют: мужчины перевелись. И те и другие не видят реальной картины.

Вряд ли есть повод радоваться тому, что более 60% матерей-добытчиц (и в основном малообеспеченных) оказываются главным источником заработка в семье из-за того, что у них нет супруга или партнера, кто мог бы разделить с ними финансовую нагрузку.

Кроме того, цифра могла бы быть не в 40%, а гораздо более высокой, пишет Time. Да, женщины укрепляют позиции на рынке труда, если сравнивать с концом 1960-ых, но основной прогресс в их интеграции пришелся на 1970-ые и 1980-ые, а в последние годы рост замедлился. С 1990 года, когда к составу рабочей силы относили 74% американок, показатель вырос лишь на один процентный пункт до 75%. Между тем, другие страны вырываются вперед.

По данным Национального бюро экономических исследований, в рейтингах, оценивающих положение женщин на рынке труда, США среди 22 развитых стран сместились с шестой строчки на 17-ую. Авторы исследования Франсин Блау и Лоренс Канн дают оценку, что примерно на треть отставание в США может объясняться тем, что не созданы условия для работающих родителей. В то же время другие развитые страны, Португалия, Финляндия и Люксембург, начинали с более низкой базы (в среднем 67%) и повысили показатель участия женщин на рынке труда до 80% и более. Странно, если американскую демократию позади оставляет даже Швейцария, где женщины получили право голоса только в 1971 году, подчеркивает Time.

Но не так все просто. Во-первых, замедление интеграции на рынке труда отмечается не только среди женщин. Среди мужчин представительство в кадровом резерве экономики тоже оставляет желать лучшего — из-за экономического спада, старения населения и сокращения рынка рабочих мест в традиционно мужских промышленных секторах.

Во-вторых, оказывается, что в прогрессивных государствах с более благоприятной политикой поддержки семьи не обязательно оказывается содействие профессиональному продвижению женщин вообще. В статье The Atlantic отмечалось, что в США процент женщин, работающих на полную ставку, вдвое выше, чем в Европе, и они чаще занимают высокие посты или высококвалифицированные должности. Возможно, работодатели не спешат продвигать на более высокий уровень женщин, которые не будут всегда посвящать себя карьере. Либо в Европе при наличии более удобных с точки зрения семьи вариантов занятости многие, как ни парадоксально, не стремятся делать попытки к дальнейшему росту наперекор гендерным стереотипам или эмоциональным факторам.

Если вопрос ставится ребром: работать или не работать, — большинство женщин, разумеется, выберут первое. Но при наличии альтернативы с более удобным графиком, длительным отпуском по уходу за ребенком или с неполным рабочим днем многие американки, должно быть, как и их сверстницы в Европе, не задумываясь, воспользовались бы этой возможностью.

Ясно, что США нужно незамедлительно совершенствовать политику поддержки семьи. Но даже в этом случае, насколько можно судить по опыту развитых стран, всегда будет некоторый процент женщин, для которых семья значительно важнее, чем успех в карьере и руководящий пост. В конце концов, ощущение финансовой независимости и морального удовлетворения от работы каждому присуще в разной степени, это касается женщин, так же как и мужчин. Поэтому статистика часто уводит в сторону. Нужно более подробно учитывать многие факторы, чтобы дать верную оценку в вопросах занятости, семьи и экономического статуса женщин.

Экономический статус женщин в США поставлен под вопрос